Про МКАС и идиотов

Перечитывал старый пост, вот этот:

"Честно говоря, единственное, чем международные организации всерьез занимаются, – это переводы. Больше того, можно сказать, что в этих организациях наблюдается просто-таки переводческая лихорадка, это что-то болезненное, что-то нездоровое, поскольку каждое произнесенное на сессиях или ассамблеях слово, каждая входящая и исходящая бумажка, о чем бы в ней ни шла речь, кому бы она ни была адресована и под каким бы грифом (будь то даже гриф «секретно») она ни шла, на всякий случай немедленно переводится на несколько языков.

Переводчики трудятся не покладая рук, но при этом чаще всего никто толком не понимает, для чего это все переводится – большей частью для архивов если это письменный перевод, или для двух-трех человек, которые едва понимают иностранный язык, если речь идет о переводе устном.

Любая глупость, высказанная или написанная любым идиотом в адрес любой из этих организаций, тут же переводится на шесть официальных языков: английский, французский, испанский, русский, китайский и арабский.

Все фиксируется на французском языке, все фиксируется на арабском языке, все фиксируется на китайском языке и все фиксируется на русском языке, – любая чушь, которая только может взбрести в голову любому идиоту. Неважно, что потом эти глупости и рассматривать никто не будет, – они обязательно будут переведены.

Несколько раз мне пришлось переводить счета, хотя единственное, что с ними следовало сделать, – это оплатить их. Я уверен, что эти счета (по меньшей мере, на шести языках: на французском и китайском, на испанском и арабском, на английском и русском) до сих пор пылятся где-нибудь в архивах".

Хавьер Мариас, «Белое сердце»

 

вспомнился случай из практики.

 

Один из наших российских клиентов имел контракт с англо-американской компанией. По условиям контракта судом, уполномоченным на разрешение споров между ними был назначен Международный коммерческий арбитражный суд при Торгово-промышленной палате России в Москве (МКАС), языком судопроизводства был избран русский язык, а разрешаться спор должен в соответствии с законодательством РФ.

 

В какой-то момент при исполнении обязательств у сторон возник спорный момент и, после неудачных попыток решить спор путем переговоров, наш клиент обратился в МКАС. МКАС благополучно рассмотрел дело и вынес решение в его пользу. Когда наш клиент стал приводить это арбитражное решение в исполнение в Великобритании, ответчик вдруг заявил, что ему (i) не предоставили соответствующего уведомления о назначении арбитров, (ii) не предоставили соответствующего уведомления о самой процедуре назначения арбитра, и (iii) он не был в состоянии по иным причинам представлять себя в деле на арбитраже в МКАС и, следовательно, британский суд должен отказать в признании и исполнении арбитражного решения.

 

Высокий суд разобрался в деле и установил, что ответчик действительно не принимал никакого участия в арбитраже, однако в своем офисе в Англии он получал посредством курьера DHL корреспонденцию от МКАС – сперва иск (на 150 страниц) от россиян с сопроводительным письмом суда (на 1 страницу), затем уведомления о назначении арбитра (на 1 страницу), потом о замене арбитра (на 1 страницу), и, наконец, о назначении даты заседания (на 1 страницу). В каждом письме МКАС на английском языке было указано, что оно пришло от «THE INTERNATIONAL COMMERCIAL ARBITRATION COURT AT THE CHAMBER OF COMMERCE AND INDUSTRY OF THE RUSSIAN FEDERATION» (МЕЖДУНАРОДНЫЙ КОММЕРЧЕСКИЙ АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИ ТОРГОВО-ПРОМЫШЛЕННОЙ ПАЛАТЕ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ). Дополнительный текст указывал также, что данный орган был «Основан в 1932 г.» и является «Членом международной федерации коммерческих арбитражных органов» (IFCAI). Адрес внизу письма написан как на русском, так и на английском языках, а электронный адрес в обоих вариантах включает в себя слово «арбитраж» на английском языке. Ответчик возразил на это: но ведь все остальное-то было на русском языке. Это не тот случай, сказал ответчик, когда он решил проигнорировать судебный процесс - отсутствие перевода на английский язык воспрепятствовало пониманию им данных документов, именно поэтому он не предпринял никаких действий в отношении них.

 

Высокий Суд, вынося решение в пользу россиян, констатировал:

 

Язык коммуникации официальных документов может поднять важные вопросы принципа. Например, граждане ЕС имеют право использовать любой из 24 официальных языков ЕС при переписке с учреждениями ЕС и данные учреждения должны отвечать на том же языке. Так или иначе, в контексте международной торговли, тот факт, что уведомление об арбитраже, составленное на каком-либо другом языке, кроме английского, было получено в Англии, не должен влиять на юридическую силу такого уведомления. По этому поводу, важно то, что стороны заключили Договор, в котором предусматривалось проведение арбитражных разбирательств в г. Москва, в соответствии с российским законодательством, через МКАС, что, как минимум какая-то часть коммуникации между сторонами была на русском языке, и что спор, возникший между сторонами, заключался в выполнении условий Договора в России. Более того, языком проведения арбитража является русский. Так или иначе, самый важный факт с практической точки зрения - то, что заголовок писем МКАС был составлен на английском языке, в нем указано, что письмо пришло от московского арбитражного органа. Всего лишь одна данная фраза делает очевидным тот факт, что было возбуждено арбитражное разбирательство. Никакой другой причины писать письмо ответчику у МКАС нет (ведь он же не идиот просто так писать первому встречному). И крайне тяжело найти хоть какое-то разумное объяснение тому, что, когда тебе четыре раз за несколько месяцев приходят письма из суда, ты не догадываешься заказать хотя бы подстрочный перевод одного из них…

 

<< Вернуться на предыдущую страницу

Мессенджеры: